Судьба астероида
Шрифт:
Дженкинс покачал головой.
— Ты выиграл, Ники, — дядя весело хихикнул. — Полагаю, что у тебя прекрасные задатки финансового инженера. — Он лениво поднялся. — Хочешь видеть этот металл?
Дженкинс кивнул.
Высокий, в импозантной пижаме Бранд пошел к бару. Отодвинув его от стены, он открыл потайную дверь. Дженкинс последовал за ним по узкой лестнице.
Алюминиевые обломки парагравитационной трубы свернулись, как огромная змея в тоннеле. Бранд присел на корточки и нажал код на замке. Он театрально раскрыл тяжелую металлическую
С трепетом Дженкинс повернулся к дяде.
— Если у тебя был металл, — яростно вскричал он, — почему же ты не сдержал обещание?
— Я объясню, — пробормотал Бранд. — Вернемся в берлогу.
Он закрыл массивную дверь. Потрясенный, Дженкинс шел за ним. Бранд поставил бар на место и налил себе виски.
Дженкинс ждал, сердце его замирало от дурного предчувствия.
— Не падай духом, Ник, — Бранд придвинул легкое кресло. — Лучше выпей, — участливо посоветовал он. — Без этого ты не поймешь.
Дженкинс мрачно покачал головой.
— Ты мне нравишься, Ники, — продолжал Бранд. — Ты завоевал мое доверие. Поэтому я расскажу тебе правду о «Сити инкорпорейтед».
— Ну?
— Ты великолепный космический инженер, — сказал Бранд, — но ты ничего не смыслишь в финансово-политической инженерии. Ты не понимаешь, что наша фирма — необычное предприятие. Мы получили лицензию на исследования антиматерии с условием всячески препятствовать им.
Дженкинс остолбенел.
— Старик Джим Дрейк никогда бы не понял этого, — продолжал Бранд. — Хотя я пытался объяснить ему. Он хотел продолжать, как-будто действительно намеревался закончить передатчик и залить планеты потоком свободной энергии.
— Разве это не так? — прошептал Дженкинс.
Снисходительно улыбнувшись, Бранд допил виски. — Освобожденная энергия разрушит «Сити инкорпорейтед».
— Тогда в чем же цель корпорации?
— Теперь мы дошли до сути, Ники, — Бранд одобрительно кивнул массивной головой. — Нужно только трезво взглянуть на экономические и политические силы, действующие в Мандате, и ты увидишь все так же четко, как я.
Дженкинс упрямо покачал головой.
— Мы можем начать с космической войны прошлого поколения, — Мартин закурил толстую сигару. — История говорит, что союзные планеты выиграли. Как всегда, история ошибается.
— Но планеты отвоевали свободу.
— Не большую, чем она была у них до того, — парировал Бранд. — Они продолжали зависеть от энергоносных металлов земного происхождения, компания сыграла на их разногласиях и заставила принять Мандат — что-то вроде судьи в холодной войне, которую она постепенно выигрывала.
— Но свободная энергия остановила бы эту войну.
— Может быть, — кивнул Бранд. — За исключением того, что ни одна маленькая планета не потерпит экономического и политического влияния сити-энергии; никто при этом статус-кво не захочет получить сити-шок.
Дженкинса
— Но сити-оружие — это совсем другое, — с горечью ответил он. — Каждая планета не скупится на средства, чтобы заполучить его, и одна из них подкупила Лазарини…
— Ты забегаешь вперед, — одернул его Бранд. — Несколько лет назад, когда я приехал в Мандат в поисках хорошей работы, именно я обнаружил тупик.
Бранд выпустил клубок голубого дыма.
— Ни одна планета не выигрывала тогда холодную войну и не продвигалась в исследованиях. Инженеры погибали прежде, чем у них появлялись секреты, представляющие интерес для шпионов. Дрейк и Мак-Джи — единственные, кто обладал действительными знаниями, — находились под судом по обвинению в незаконных исследованиях. — Бранд заразительно засмеялся:
— Ну и положеньице!
Дженкинс замер.
— Пришлось призвать на помощь искусную финансовую и политическую инженерию, — Бранд сделал широкий жест. — Эти глупые бюрократы хотели посадить, даже убить единственных людей, кто мог работать с породой. Я видел перспективу, и Гаст помог мне.
— Я… — с трудом выговорил Дженкинс. — Я не понимаю.
— Просто немного хитрости, — пробормотал Бранд. — Тонкий анализ и сложное использование имеющихся сил. Все планеты хотели знать секреты сити. Ими владел старый Дрейк, и я основал «Сити инкорпорейтед».
— Ты хочешь сказать… — Дженкинс не хотел верить. — Ты продал дрейковскую технологию сити?
Бранд кивнул.
— Но не полностью, — пояснил он. — Я извлек из отчетов Дрейка всю важную информацию и передал их через Адама Гаста нескольким торговцам, которые за деньги могут заставить клиента почувствовать, что он получает нечто уникальное.
Дженкинс неуверенно поднялся на ноги, худые руки его сжались в кулаки. Ему хотелось размозжить красное лицо великана, но Бранд только усмехнулся.
— Я понимаю тебя, Ник, — сочувственно сказал он. — Я прошел через это двадцать лет назад. Наша беда в нашем воспитании.
Дженкинс, все еще тяжело дыша, разжал кулаки.
— В институте все казалось таким простым, — продолжал Бранд. — Тебе преподают астронавигацию, ядерную физику, основы парагравитации и все остальное. И ты начинаешь верить, что можешь превратить все планеты в сказочные миры. Но это не так, Ники.
Лицо Бранда на мгновение приняло выражение печальной задумчивости.
— Они не преподают практическую политику или экономику. Технические проблемы не сложны; все дело в человеческой природе. Это и есть непреодолимое препятствие на пути к инженерной мечте, Ники. Это безграничная глупость и невежество, жадность и трусость человеческих существ!
Он взмахнул рукой с погасшей сигарой.
— Вот что ожидает тебя, Ники. Ты должен научиться разбираться в человеческой психологии и использовать ее в своих интересах. Это выгоднее, чем космическая инженерия.
Дженкинс почувствовал прилив ярости.