Ты моя одержимость

Ангелос Валерия

– Нечестно, - бормочет она.

– Что?

– Так целовать.

Прихватываю ее нижнюю губу своими губами, втягиваю в свой рот, всасываю. Ника издает стон, от которого член каменеет, а яйца наполняются свинцом.

– Ти-мур, - выдает хрипло.

Вода больше не кажется холодной. Однако я переключаю режим, делаю температуру погорячее, врубаю напор мощнее. Нечего моей девочке долго под ледяными струями находиться.

– Мурка, - рычу.

Покрываю ее лицо поцелуями. От щеки к губам и обратно. Потом горло в захват. Нежно. Мягко. Четко регулируя силу. Слегка отстраняю,

лишь ради того, чтобы подобраться вплотную к острым ключицам, пройтись языком, расчертить чувствительную кожу.

Ника увлажняется под моим натиском. Членом чувствую, как становятся мокрыми ее створки. Шелковистые. Бархатистые. Тянет их вылизать. Врезать по уязвимым точкам. Вырвать отклик. Дикий. Бешеный. Чтоб дрожала, трепетала, истекала подо мной. Чтоб закатывала глаза, пальцы поджимала, раскалывалась на части. Чтоб собственное имя позабыла и послала к чертям дурацкие вопросы.

– Не увлекайся, - шепчет она.
– Я же искупаться хотела.

– Ну так я тебя искупаю, - ухмыляюсь.

Я не затягиваю с исполнением обещания. Опускаю ее на пол, хватаю первый попавшийся гель для душа, открываю тюбик и выдавливаю содержимое на ладонь. Растираю мою девочку. Прохожусь пальцами по плечам, по спине. Грудь оглаживаю, бедра.

– Ты забыл про мочалку, - заявляет Ника.

– Не забыл, - хмыкаю.

Накрываю ладонью живот, врезаюсь между бедрами. Трогаю ее так, что она вскрикивает и дергается, почти подпрыгивает. За предплечья мои цепляется.

– Тимур, это слишком, - осуждающе округляет глаза.

– Почему?
– разворачиваю ее спиной к себе, прижимаю теснее.
– Ты моя. Везде. И здесь тоже.

– Ну так... тут... я не...

Она всхлипывает и прогибается, отзывается на движения моих пальцев внутри. Кусает губы, запрокидывает голову на мое плечо. Вибрирует от напряжения.

Я довожу ее до пика. Быстро. А потом наглядно показываю, что еще мне принадлежит. Вспениваю гель для душа, натираю попу. Прохожусь ладонями по бедрам изнутри и снаружи.

Запредельный кайф. От ее кайфа.

Я опускаюсь на колени. Натираю гелем стройные икры, после обхватываю узкую стопу, отрываю от пола, поглаживаю от пятки до пальцев, обвожу тонкую щиколотку. Дразню, забавляюсь, а девчонка дрожит и зажимается, натягивается струной.

Такая невинная. Соблазнительная. Утыкается спиной в стенку кабины, скользит руками по стеклу, стирает пар, оставляя следы на прозрачной поверхности. Опять вскрикивает, ловит мой взгляд. Жадно глотает ртом разгоряченный воздух.

Я забрасываю ее ногу к себе на плечо и подаюсь вперед. Прижимаюсь губами между бедер. Веду языком по влажным складкам, добираюсь до пульсирующей точки, резко надавливаю.

Ника издает надсадный стон. Выгибается и содрогается. Ее тело слабеет, теряет равновесие в пространстве.

Я чувствую, как подгибается колено под моими пальцами. Но это не важно. Я уже подхватываю девчонку под ягодицы и полностью усаживаю к себе на плечи.

Она кричит. В голос. Лихорадочно дрожит.

Нет ничего вкуснее. Этих звуков. Жаркого трепета. Нет ничего вкуснее этой девчонки на моем языке. Ее оргазма.

Остро. Как битое стекло. Мощно.

До судорог. До спазмов.

Я трахаю Нику языком и губами. Сминаю ее задницу. Приподнимаю, удерживаю навесу, чтобы получить полный доступ к желанному телу.

Она вплетает пальцы в мои волосы. Цепенеет. Мелко подрагивает.

Девчонку колотит. Реально. Разламывает.

Я чуть прикусываю ее там, где она нежнее всего. Не раню, не сдавливаю. Просто пробую зубами.

Моя богиня взрывается. Оглушительный вопль вырывается из горла. Мышцы ритмично сокращаются, влага льется на мой язык, выплескивается от каждого толчка.

Круто. Абсолютный улет.

Я так увлекаюсь Никой, что забываю про свою животную жажду трахаться. Я близок к разрядке от ее криков и стонов, от того, как она плавится и растекается под моим ртом. Балдею. Зависаю. Меня аж ведет.

Выжидаю немного, позволяю ей соскочить с моих плеч. Поднимаюсь и встаю в полный рост. Смотрю в подернутые дымкой глаза.

– Это незаконно, - прерывисто выдает Ника.

– Ну так и ты преступница.

– Почему?

– Взломала систему, - перехватываю ее запястье, прижимаю ладонь к своей груди.
– До нутра добралась. На колени поставила. А я и рад. Никогда раньше так не кайфовал.

– Теперь моя очередь тебя искупать, - прищуривается.

– Валяй.

– Ты вымыл меня мужским гелем для душа.

– Черт.

– Ничего страшного, - глазами сверкает и ко мне всем телом прижимается, трется.
– Я хочу пахнуть тобой. Пусть запах будет одинаковым.

– Туту нас конфликт.

Ника вопросительно выгибает брови, а я склоняюсь и прикусываю кожу на ее шее, медленно провожу языком по следам от зубов, выдыхаю на ухо:

– Я твой запах на себе хочу.

Она вздрагивает, а потом тянется за флаконом, набирает гель в ладони и начинает меня растирать, прямо как я ее. Приподнимается, тянется выше, намыливает мои плечи, шею, проводит пальцами по кадыку, повторяет контуры татуировки. Медленно, едва касается, после набирается смелости.

Моя девочка смотрит в глаза тигру. Не ощущаю в ней никакого страха. Она четко знает, этот зверь не обидит, никогда не причинит зла.

Ее грудь прижимается к моей груди. Острые соски дразнят. Девчонка так и нарывается на до одури сладкое наказание.

Ника проводит пальцами по моим ребрам, по животу. Царапает. Показывает когти. Тянет. Не торопится двинуться ниже. Обходит меня. Вспенивает гель на спине. Прислоняется вплотную.

Пар так и прет. Вода бурлит. Кипяток льет по венам. Кровь сворачивается от дикого накала. Жилы взрываются.

А после богиня опять оказывается передо мной. Повышает градус. Улыбается. Провокация на грани. Искушение. Моя колдунья. Ведьма.

Она чертит узоры между моими ребрами. Заводит. Дурманит. Разжигает внутри настоящий костер. Распаляет и в бездну сталкивает.

Девчонка шалит. Склоняется ниже, намыливая мои бедра, скользит пальцами по мускулам, поглаживает и обводит. Ее грудь задевает одеревеневший член.

Дьяволица. И без того дымлюсь, а тут острый сосок проходится по стволу, будто каленым железом обдает. Четко врезает по нервам.