В объятиях орка
Шрифт:
— Доброе утро. Не подскажете, где я могу найти вождя? — Вдруг кто–то из них знает эльфийский, или слово «вождь» — как у нас «джинсы» — одинаково звучит на всех языках?
Две зеленые громадины не то что не шелохнулись, даже не глянули в мою сторону.
Задействовав все свои скрытые актерские таланты, я принялась жестами показывать шапку вождя, затем копировать его походку. В общем, спектакль устроила знатный, жаль только, орки мне ничего не ответили. Зато я дождалась аплодисментов от Арвинга. И как долго он наблюдал за всем?
—
— А сам как думаешь?— зло фыркнула в ответ. Вот мог бы сразу показаться и помочь!
— Ну, если ты не изображала арновку, то думаю, ты искала отца.
— Арновку? Кто это? — Я нахмурила брови, пытаясь вспомнить, рассказывал ли мне об этом Ирвиш. Вроде бы нет.
— Пойдем покажу тебе арновку и проведу к отцу.
Арвинг направился к выходу из шатра, а я не знала, что мне делать. Принимать помощь от врага — не лучшее решение. Вдруг он меня заведет в лесок и прикопает там, или арновкой окажется местный крокодил?
— Не бойся, не обижу. Тебя приняли в род, теперь ты часть семьи. — Приподняв шкуру, Арвинг пропустил меня вперед.
Я согласилась вовсе не из–за высокопарных слов о семье. Просто вспомнила, что в степи крокодилы не водятся.
— Куда мы идем? — Женское любопытство сгубило многих, но ничему мы так и не учимся.
— Ты пришла рано. Отец сейчас у алтаря богов, просит благословения для народа.
— А разве это не работа шамана? — спросила я, не подумав, с кем, собственно, веду беседу.
Язык — мой враг, ну вот честно! Арвинг удивленно посмотрел на меня.
— Да ты вообще ничего не знаешь о нашем племени! Ирвиш тебе стан показывал? Рассказывал о наших гальдах? Рассказывал о твоих обязанностях как сквок–ори? Как жены?
— Последнее в общих чертах, — призналась я.
Арвинг тяжело вздохнул и свернул на узкую тропинку.
— Эта тропа очерчивает границу безопасности. Территория внутри нее защищена и магией, и воинами. — Он махнул в сторону орка, который, взобравшись на несколько каменных валунов, внимательно следил за всеми. У него за плечами было что–то похожее на арбалет, а на камне лежали меч и сумка.
— Караульные и охотники входят в гальд стражей. Всего в племени шесть гальдов.
Я ожидала злорадства, насмешек, но Арвинг приятно удивил меня.
Пройдя немного по узкой тропинке, мы встретили еще двух караульных. Они так же, как и первый, сидели на валунах и всматривались в степь.
— Что они высматривают? В степи есть дикие звери, которые могут напасть?
— Не только, еще они наблюдают за охотниками. Если тем нужна помощь, то караульный ее вызывает. А также предупреждает о нападении горных орков.
— Вы воюете с горными орками? — Об этом Ирвиш точно не говорил!
— Не то чтобы воюем, но иногда стычки случаются, — усмехнулся Арвинг. Было понятно, что обе стороны рады размять косточки и набить морду соседу. Такой вид спорта или все–таки какой–то конфликт?
— Почему? Они в горах,
Я не заметила конкурирующих сфер.
— Именно, а вот разводить животных они не хотят. Охотятся, а когда неудачные недели — нападают на нас, чтобы угнать пару коров.
— Почему бы вам не продавать им мясо?
Что за дикость, почему бы не развивать торговые отношения с соседями?
— Раньше так и было. До того как Ирвиш начал поставлять эльфам молочный напиток, и те отказались от хмельной настойки орков. Их вождь потерял доход и разозлился на нас. С тех пор мы ничего не покупаем у них, они ничего не покупают у нас.
Все же нашлось место конкуренции. И в чем?! В выпивке!
— Вы пробовали наладить отношения? Пойти на компромисс?
— Компромисс? — неуверенно переспросил Арвинг незнакомое слово.
— Уступить друг другу в малом, чтобы выиграть в большом.
— Нет.
Ответ был категоричен и, кажется, орк обиделся на меня за подобное предположение.
Арвинг свернул с узкой тропинки на широкую дорогу и повел к женщинам, которые развешивали шкуры животных.
— Это гальд кожных ремесленников. Они занимаются выделкой шкур, делают из нее ковры и заготовки для одежды и обуви.
— Там, — махнул орк вглубь стана, — мужчины разделывают животных. Затем шкуры передают женщинам. — Он указал на группу сидящих орчанок.
— Они счищают остатки мяса, жира и посыпают кожу слоем соли. Затем ее хранят в прохладном месте. — Арвинг указал на небольшой шатер.
Я еле поспевала за его рассказом. Было видно, что он по–настоящему увлечен делами племени и старается вникать во все сферы деятельности своей будущей вотчины. При всех недостатках «шкафа» я не могла не заметить, что из него выйдет замечательный вождь. Уже сейчас многие в племени относились к нему с уважением. Приметив нас, женщины отложили работу и подошли ближе к дороге. Грубая некрасивая ткань их одежды смотрелась не так уж и плохо благодаря кожаным ремешкам и кусочкам меха, украшавшим их. Волосы девушек были густыми и тяжелыми, наши модели себе все локти от зависти сгрызли бы, увидев такое богатство.
Арвинг рассказывал девушкам что–то на орском, я же тихонько рассматривала их. Все–таки красота зависит не от сантиметров талии. При всех особенностях телосложения орчанок нельзя было назвать уродливыми или безобразно толстыми. Высокие и крупные, но женственные и очаровательные.
Меня никто не замечал до финальных слов Арвинга. Сквок–ори. Шкаф сделал шаг в сторону и указал на меня. Я не ожидала такого и растерялась. Орчанки же теперь рассматривали меня с таким же любопытством, как и я их пару минут назад. Стараясь выглядеть дружелюбно, я улыбалась, но это не помогло — они не сказали мне ни слова, даже не улыбнулись в ответ. Чувствую, обязанности сквок–ори станут для меня трудновыполнимыми.