Волки Севера
Шрифт:
— Ты не назвал ни одного имени оборотня,— напомнил Конан.— Почему?
Джареф замялся и молчал достаточно долго. Потом все же ответил:
— Мне их делишки уже вот где стоят… Но выдавать их я не хочу и вряд ли стану. Они мои сородичи, и этим все сказано.
— Ну, хоть какое-нибудь имя назови,— умоляющим тоном попросил Конан.
— М-м… Альбиорикс, Вегель. Достаточно?
— Нет,— честно признался Конан.— Но и на этом спасибо.
— Не за что.— Джареф поднялся из-за стола.— Желаю удачной охоты, а мне пора на службу.
Он ушел. Конан тоже встал:
— Все помнят, что
— Уже иду,— сказал Эмерт, отставляя в сторону кубок.
— Да-а, а мне хуже всех,— возмутился Тотлант.— Вы хоть по городу пройдетесь, а должен здесь торчать!
— Не хочешь — не торчи, но из костра мы тебя вытаскивать не будем,— отрезал Конан, накинул теплый плащ и вышел на улицу.
Контора старого шемита Аль Браско находилась на улице Наемников, в большом каменном трехэтажном здании. Этот дом шемит приобрел в первый же год своего пребывания в Пайрогии, истратив на него половину украденных у Конана денег. Правда, сначала ему приходилось сдавать часть здания внаем, но это происходило десять лет назад.
Над огромной дубовой дверью полуфутовой толщины висел ярко раскрашенный щит с гербом конторы — два меча, скрещенных на фоне туго набитого мешка.
За дверью начинался коридор, куда выходили оружейные комнаты, склады и прочие хозяйственные помещения. На втором этаже располагались комнаты для безработных в данный момент наемников. Даже внизу были слышны их пьяные выкрики и громкий стук игральных костей о столы, не оставляющий сомнений в их времяпровождении.
Кабинет Аль Браско был на третьем этаже, у лестницы. Обычно шемит сидел там, просматривая бумаги, заказы и жалобы, принимал посетителей и желающих наняться на работу.
Вот и сегодня, в прекрасный зимний солнечный денек пятидесятипятилетний шемит восседал за своим массивным столом черного дерева и читал донесение командира одного из своих отрядов. До этого к нему уже заходили два купца, просили охранников, но нашли цены Аль Браско слишком высокими. С одним удалось сторговаться, с другим — нет. Что ж, ему же хуже.
Других наемников в городе нет, а когда купец прибежит сюда (а он должен уже показаться), то узнает, что цена на услугу выросла вдвое…
Аль Браско дочитал пергамент и взял следующий. Его все больше беспокоило бесследное исчезновение Фалкона и его команды. Они просто как сквозь землю провалились, а с тех времен прошло уже почти две луны! Аль Браско ума не мог приложить, что могло случиться с такими прекрасными воинами, как Фалкон и его люди.
А еще шемита преследовали воспоминания далекой молодости и мысли об обобранном до нитки компаньоне. Прошло уже пятнадцать лет, а он все еще опасался, что в такое же вот прекрасное утро дверь распахнется и на пороге появится высокий черноволосый тип с нехорошим прищуром ярко-голубых глаз…
Аль Браско не мучила совесть. Он куда больше боялся неминуемой расплаты и потери с таким трудом созданного дела. Шемит убеждал себя, что Конана уже давно зарезали в кабацкой драке или повесили за очередной грабеж. А может, он утонул в болоте где-нибудь в Черных Королевствах!
В общем, давно пора избавляться от страхов, сказал себе Аль Браско и попытался вернуться к чтению, но буквы прыгали и расплывались перед глазами. Шемит со вздохом отложил свиток и сжал голову руками. Да, сегодня выдался какой-то на редкость неудачный день…
… Конан без труда разыскал единственную в Пайрогии контору наемников. Остановившись у входа, он долго и с искренним восхищением разглядывал добротное каменное здание.
«Старый жмот меня, наверное, уже и не помнит,— размышлял киммериец.— Однако визит вежливости я ему все-таки нанесу. Пускай порадуется встрече…»
Конан похрустел костяшками пальцев и с мрачной ухмылкой подошел к дверям.
… Человек все-таки навсегда сохранил присущее диким животным умение заранее чувствовать приближающуюся опасность, и как Аль Браско ни пытался отогнать тревогу, она все росла и росла. «Что же это такое,— уговаривал себя шемит.— Бояться каких-то призраков. Эдак я скоро от собственной тени начну шарахаться…»
А Конан в это время открыл тяжелую створку и вступил в темный коридор. Навстречу ему сразу шагнули два субъекта весьма подозрительного вида. Оба выбриты наголо, с круглыми золотыми серьгами в ушах, у обоих за поясами широкие тесаки. По виду — аргосцы.
— Тебе чего, северянин? — хмуро спросил тот, что был повыше.
— Вообще-то я старый друг вашего хозяина,— как можно доверительнее сказал Конан.— Вот, был проездом в Бритунии и решил заглянуть.
— Хозяин никого не принимает…— начал было второй, но Конан перебил его коротким:
— Не пропустите — все кости переломаю.
— Попробуй,— презрительно бросил высокий.
Конан не стал долго возиться. Первого он на полдня усыпил ударом в шею, а второму дал в солнечное сплетение, а затем добавил по затылку сложенными в замок руками. Перешагнув через слабо дергавшиеся тела, киммериец фыркнул (Аль Браско в своем кабинете вздрогнул) и начал подниматься по длинной деревянной лестнице. Ступеньки под ним тихонько поскрипывали.
Аль Браско прислушался и насторожился.
Ступени начинали скрипеть только под достаточно тяжелыми людьми. Воображение тут же с готовностью нарисовало ему образ разъяренного варвара, однако шемит немедленно отогнал эту мысль. Как и сильнейшее желание спрятаться куда-нибудь и уже из надежного укрытия посмотреть, кто пришел. Вместо этого он обреченно вздохнул и сделал вид, что погружен в чтение. Надо будет быстренько выпроводить посетителя и отправиться вздремнуть. Иначе точно недолго сойти с ума…
… Конан немного постоял, любуясь позолоченной ручкой в форме оскаленной волчьей головы, затем толкнул дверь и вошел.
Аль Браско, уже приготовившийся сказать свою любимую фразу: «Сохранность товара и тайна перевозки гарантируется», икнул и потерял дар речи. Он так и застыл, подавшись вперед, с выпученными глазами и полуоткрытым ртом.
Конан вразвалочку подошел к столу, откровенно посмеиваясь над произведенным эффектом, присел на край, небрежно скинув на пол, кучу свитков, и осведомился: