Вспаханное поле
Шрифт:
пьяными.
Сория беспомощно развел руками и вышел побродить
по форту.
Спустя несколько дней приехал кассир. Это событие
взбудоражило весь форт. Повсюду царило шумное веселье.
Но оно начало стихать, когда, выкликая по списку сол¬
дат, кассир стал откладывать в сторону деньги, причитав¬
шиеся погибшим и пропавшим без вести. Тем не менее ве¬
чером погребок был битком набит солдатами. Все помнили,
что скоро начнется кампания,
нутся, и напоследок пили и играли, проматывая долго¬
жданное жалованье.
Но на этот раз среди тех, кто пьянствовал, Сории не
было. Ворчливые жалобы кассира на то, что ему пришлось
проделать нескончаемо долгий путь по равнине, ни разу
не передохнув, натолкнули его на мысль, которой он тот¬
час поделился с Марселиной:
— Послушайте, кума, я с измальства возился с лоша¬
дьми и, хотя теперь не могу их объезжать, зато могу арка¬
нить и запрягать в фургоны. Думаю, полковник позволит
мне поставить почтовую станцию... Что вы на это скажете?
— Что ж, по-моему, это неплохо, — одобрила она. —
Что не сможете делать вы, буду делать я: к лошадям я
43
привычная и работы не боюсь. Поговорите с ним, и дело
с концом.
Сория, не теряя времени, отправился к Вильялобосу,
изложил ему свой план и, заметив, что тот относится к
нему одобрительно, добавил:
— Господин полковник, мне нужно ваше разрешение,
чтобы занять небольшой участок под почтовую станцию.
— Ты уже выбрал место?
— Нет еще. Думаю подыскать где-нибудь на реке, в
нескольких лигах от форта.
Вильялобос без колебаний дал согласие.
— Прекрасно. Возьми с собой солдат, чтобы они помо¬
гли тебе построить ранчо. Выбери в коррале несколько
лошадей. Когда все будет готово, придешь ко мне.
Поистине горькой для Сории была та минута, когда его
подняли на руки и посадили в широкое седло, на самую
смирную лошадь в форте. Он страдал от унижения, когда
ему приходилось натягивать поводья и сдерживать ло¬
шадь, чтобы не разбередить рану в ноге. И не переставал
ворчать и изрыгать проклятия, пока строили ранчо и об¬
носили частоколом корраль. Работа была окончена как раз
вовремя: полк готовился выступить из Мертвого Гуана¬
ко. Сория отправился к Вильялобосу и напомнил о его обе¬
щании дать лошадей.
— Как же, как же!—сказал тот. — Выбери, каких те¬
бе нужно... И желаю удачи.
Поглощенный последними приготовлениями к походу,
полковник дал понять Сории, что разговор окончен, но
сержант не уходил.
—
— Простите, господин полковник, но, может быть, мне
не помешало бы заручиться письменным разрешением? Кто
его знает, что может случиться.
— Это верно... Хорошо, я дам тебе такой документ.
И, сев за стол, он написал на листе гербовой бумаги:
Комендатура форта
«МЕРТВЫЙ ГУАНАКО»
В награду за боевые заслуги сержанта в отставке
Ахенора Сории настоящим разрешаю ему и членам
его семьи занять и использовать по своему усмот¬
44
рению земельный участок площадью в четыре квад¬
ратные лиги на реке Мертвый Гуанако.
Полковник Вильялобос
Сория, хоть и не умел читать, внимательно посмотрел
на написанное, аккуратно сложил бумагу и, отдав честь
полковнику, отправился в корраль выбирать лошадей для
почтовой станции.
Не случайно в его табун попал и жеребец индейца.
Повозка остановилась в нескольких метрах от ранчо.
Сория открыл глаза и осовело посмотрел вокруг: на про¬
щание он выпил с товарищами по оружию, покидавшими
Мертвый Гуанако, чтобы выступить в трудный поход.
— Ну, дон Сория, я сгружу вам вещи да поеду, а то
мне некогда,— сказал возчик и соскочил на землю.
Сория, опираясь на костыли, с трудом слез вслед за
ним и первым делом приказал пареньку, пригнавшему ло¬
шадей :
— Запри их в корраль.
Марселина не теряла времени. Расстелив возле ранчо
одеяло и посадив на него детей, она принялась носить ве¬
щи, которые подавал ей возчик. Паренек-погонщик, загнав
лошадей в корраль, стал помогать им. Вещей привезли не¬
много, и скоро повозка была пуста. Волы повернули к
форту. Прощаясь, возчик пообещал:
— На следующей неделе я пришлю паренька пособить
вам.
Марселина и Сория начали расставлять в ранчо ме¬
бель и разбирать домашний скарб. От Сории было мало
проку, да Марселина и не очень нуждалась в его помо¬
щи — она привыкла управляться одна. Вскоре Сория
вышел во двор и сел на скамейке возле ранчо. Среди сва¬
ленных неподалеку пожитков он заметил бутылку тростни¬
ковой водки. Пользуясь отсутствием Марселины, которая
хлопотала в доме, он встал, поднял бутылку и отхлебнул
глоток. Потом, завернув бутылку в дерюгу, спрятал ее по¬
зади ранчо. От нечего делать он стал слоняться по дво-
ру, с трудом передвигая костыли, казавшиеся ему такими