Засада в сумерках
Шрифт:
— А что мне предлагаешь ты? — недоверчиво спросила она. — Замок в Иль-де-Франс?
— Взлеты и падения, жестокие удары, а при случае и побои, черный хлеб сегодня и дворец завтра. Но вдвоем.
Он взмахнул сигаретой, подчеркнув последнее слово, произнесенное им.
Клодин молчала. Постукивание поезда на стыках рельсов не способствовало напряженной умственной работе.
— Думай сколько угодно, — сказал Коплан, усаживаясь поудобнее. — Это не горит.
Через секунду она возобновила разговор:
— А
— Посмотрим. Но я не хочу ничего предпринимать, не узнав, согласна ли ты.
Одним прыжком она вскочила к нему на колени, обхватила голову руками и запечатлела на его губах поцелуй, от которого у него закружилась голова.
Он помимо воли обнял ее гибкое тело, прижал его к себе.
Вдруг, ценой неимоверного усилия, Коплан отстранил Клодин от себя. Задыхаясь, он прошептал:
— У тебя странная манера говорить «да»! Сколько я тебя ни просил.
— Ты никогда ни о чем меня не просишь, — упрекнула она, и ее дыхание коснулось его лба. — Ты или отказываешь, или требуешь, бандит.
Он удержал ее возле себя.
Сблизив головы, они смотрели на бегущую за окнами однообразную каменистую землю.
Возле сирийской границы поезд замедлил ход. Прежде чем он остановился у платформы маленького вокзала Рамтхи, Клодин вернулась на свое место и пригладила волосы.
Таможенный и визовый контроль был очень придирчивым, но пропуск, выданный Саббахом, сократил количество вопросов, заданных двум путешественникам.
Шестью километрами дальше, на сирийской территории, формальности были не менее утомительными, но здесь было неловко использовать документ, подписанный иорданским офицером.
Остаток пути прошел без происшествий, и поезд прибыл на вокзал Дамаска в шесть часов вечера.
Коплан отдал чемодан носильщику, остановился перед киоском и купил местную газету, издающуюся на французском языке. На первой странице в глаза бросался заголовок:
НОВАЯ ПРОВОКАЦИЯ: ИОРДАНЦЫ ПОВРЕЖДАЮТ НЕФТЕПРОВОД ИНК
Ниже, более мелким шрифтом, шло:
Долго ли губернатор будет терпеть, чтобы зачинщики беспорядков из Аммана вредили нашей экономической жизни?
Франсис сложил газету, откладывая на потом чтение этой воинственной прозы. Его миссия в Мафраке предстала перед ним в совершенно новом свете.
Коплан и Клодин приехали в отель «Нью-Семирамис», где заняли тот же самый номер, что и до отъезда. Когда они собирались войти в лифт, Коплан слегка вздрогнул. К нему приближался здоровяк с бесцветными волосами, чье лицо освещала загадочная улыбка.
Ошибиться было невозможно: Якобсен.
— Удачно съездили? — спросил скандинав, протягивая Франсису свою лапищу и искоса поглядывая на Клодин.
— Неплохо, спасибо, — ответил Коплан, не демонстрируя особой
— Добрый день, мистер Якобсен, — поздоровалась Клодин, как будто давно знала этого человека.
Сильно удивленный, Коплан, однако, произнес естественным тоном:
— Забавное совпадение, а? Когда вы приехали в Дамаск?
— Позавчера, — ответил Якобсен. — Самое удивительное, что я тоже остановился в отеле «Нью-Семирамис». Позвольте мне подняться? Мне было бы приятно побеседовать с вами минут пять.
Под его шутливым тоном угадывалась властная нотка. Лифтер ожидал перед открытым лифтом, пока трое клиентов изволят войти.
— Ладно, — сказал Франсис. — Пойдемте с нами... Они вошли в кабину, бесшумно поднявшую их на пятый этаж, прошли по коридору и вошли в номер. Едва дверь закрылась, Якобсен фамильярно хлопнул Клодин по заду. Та подскочила.
— Как поживаешь? — осведомился он с добродушием, имевшим оттенок похотливости. — Хорошо повеселились?
Странная вещь: притворяясь в Хартуме, что не знает французского, здесь он выражался на этом языке относительно свободно.
— Вы поднялись из-за меня или ради нее? — сухо спросил Коплан.
Якобсен удивленно посмотрел на него.
— Из-за вас, естественно, — произнес он. — Но, надеюсь, вы не будете возражать, если я немного полапаю Клодин?
— Я бы предпочел, чтобы для подобных развлечений вы нашли другой номер.
— Ладно, ладно, — буркнул выбитый из колеи гигант. Он рухнул в одно из кресел, скрестил руки на животе и вытянул вперед ноги.
— Вам неплохо удался ваш трюк в Мафраке, — мягко произнес он, указывая на газету, которую Франсис бросил на ночной столик.
Смущенная Клодин выкладывала вещи, лежавшие в чемодане. Коплан опустился на край кровати, развязал галстук.
— Я не очень силен в разгадывании загадок, — заявил он, подняв голову. — О чем вы говорите?
— Хорошо, хорошо, очень хорошо! — оценил Якобсен. — Вы обладаете хладнокровием. Вот только нет нужды пытаться обмануть меня. Представьте себе, что в большей или меньшей степени мы коллеги и если я здесь, то лишь потому, что Халати дал мне ваш адрес.
Коплан остался неподвижным. Якобсен продолжил:
— Вы должны были отправиться к Халати сегодня вечером, но в программе произошли небольшие изменения. С сегодняшнего утра за домом нашего друга следит тип, который не догадывается, что его засекли. Вы поможете мне поймать его и заставить выложить все, что он знает.
Глава VIII
Коплан слегка дунул на огонек сигареты.
— Клодин, ты знакома с мистером Якобсеном? Молодая женщина ответила, не поднимая головы: