Жемчуг
Шрифт:
– И что же?
– глупо спросил Синг.
– Ничего, - Мэй встала - лишь затем, чтобы взять с подноса тарелку и впихнуть её в руки Сингу.
– Если сейчас сюда зайдёт Броунсворт, если сейчас сюда зайдёт любой помощник-доброволец - через день или два все разбегутся. Людям нужен ты. Как надежда, как знамя.
– Зря я дал тебе эти глупые стихи...
– угрюмо пробубнел Синг, ковыряясь ложкой в овощном рагу. Она ведь права... Или нет?
Какой из него символ? Худой, усталый, неумелый. Капля удачи - вот всё, что у
– Ты знаешь, как тебя называют?
– голос Мэй заставил его тяжело вздохнуть. Почему она не уходит? Она ведь понимает, что для него всё это - пытка?
– Откуда я знаю. Я ж глупый, ты сама сказала. Я ничего не знаю, - он подцепил немного рагу ложкой и опрокинул его обратно в тарелку. Печальное зрелище.
– Друг Смерти. Тебя называют Другом Смерти. Люди, которые внизу хнычут от боли, перешучиваются - мол, скоро ты договоришься с Братом-Смертью, и всё закончится.
– Договорюсь?..
– Синг тряхнул головой.
– Ничего не понимаю. Бред.
– Говорят, ты пьёшь с ним чай тут. И каждая спасённая жизнь, каждое облегчённое страдание - это дело твоих рук.
– Нелепые выдумки, - фыркнул Синг. Боги, до чего доходят люди?! Ха, хорошо, что его ещё не начали обожествлять! А ведь до этого недалеко, демоны раздери!- Как они до этого додумались? Полный бред и а...
– он широко зевнул.
– А-абсурд!
– Им нужен ты. Во всех своих видах, - Мэй резко стала какой-то усталой.
– Им нужен и лекарь, и молодой, уверенный парень, и Друг Смерти. Прекрати жалеть себя.
– Я не...
– Не ври мне. Я разбираюсь в людях. Я...
– она замялась, но затем решительно махнула рукой и закрыла глаза.
– Я была грёбаной воровкой, Синг. Я обворовывала людей до эпидемии. Это моя работа - разбираться в тех, чьи карманы я собираюсь обчистить. И я вижу, что ты сейчас жалеешь себя.
Синг устало помассировал виски.
– Погоди. Ты - воровка?
– А ты - идиот, - она мягко усмехнулась.
– Ты нужен им. Пожалуйста. Приди в себя, прекрати прятаться от работы в... Как бы это по-умному? Как это называется, когда ты делаешь вред сам себе?
– Самоистязание?
– предложил Синг. И тут же протестующе взмахнул руками.- Погоди, это что - я самоистязаю себя?!
– Сам ответь, - Мэй вздохнула и посмотрела на него. Сингу стало неловко.
Жалость, гордость, алчность и... Боги, сколько всего намешано в этих глазах?
– Я ухожу, - она встала.
– Умудрись прийти в нормальное состояние к завтра. И... Начни работать. Ты нужен нам. Всем нам.
Синг глупо смотрел в пол у своих ног, когда она шла к дверям.
Она ведь права. Она... Ну да. Он просто прячется от настоящей работы в видимости работы.
– Мэй, - резко окликнул он её.
Она замерла у двери.
– Я... Мне страшно, - он сглотнул резко ставшую горькой слюну.
–
Бывшая воровка мягко улыбнулась.
– Ну так и магии нет, разве нет? Ты сам говорил. Покажи пару фокусов. Используй свою алхимию.
Синг непонимающе вздохнул и открыл уже рот для уточнения, но тут же захлопнул его.
А что уточнять? Он и так ничего не понимает. Совершенно ничего. Похоже, он действительно глупый.
– Сколько сегодня умерло?
– спросил кто-то его голосом.
Мэй напряглась.
– Ты каждый день спрашиваешь, и...
– И каждый день ты уходишь от ответа. Ответь. Прямо сейчас, - Синг удивился. Кто-то говорил его голосом - но может его голос быть таким жёстким и требовательным?
– Я...
– Ответ.
Мэй закусила губу.
– Двенадцать. За пять дней - двенадцать. На операциях спасли двух.
Синг кивнул.
– Спасибо. Можешь идти, - и он махнул рукой.
Когда она уходила, он явно услышал хруст дверного замка. Прелестно. Она запирает его. Чтобы, не дайте боги, никто сюда не вошёл.
Синг тихо и нервно хихикнул. Его запирают в его же комнате, в его же лазарете. Прекрасно!
А может, он - самый главный больной в этом здании? Может...
Когда его же рука врезала ему же по щеке, он был несколько удивлён.
– Больной?
– прошипел он сам себе, пока часть сознания пыталась справиться с удивлением.
– Ты, сука, здоров, в отличии от людей на первом этаже!
– ещё один удар - теперь с другой стороны. Ух, как вспышка, разорвавшаяся в мозгу!
– Не смей больше городить такой бред, выспись - и займись делом!
Когда он повалился на кровать, мысли всё ещё встревоженно кружились в голове.
А что, если не получится? Или...
Синг отмёл весь этот мусор.
Надо было думать раньше. Но раз уж он сказал, что хочет этого, раз уж он начал - значит, должен продолжать.
Даже если так тяжело. Особенно если так тяжело.
Сон навалился на его веки и мгновенно выкинул его в темноту.
Темнота была абсолютно блаженна. Совершенно спокойна и...
Мэй лежала на операционном столе - посреди крови и потрохов. Бледная, чистая. Глаза спокойно закрыты.
– Ну что же, - из темноты напротив раздался вкрадчивый голос.
– Хочешь ещё один раунд?
– У меня выбора нет, как всегда, - грустно произнёс Синг, держа скальпель в руке. Он задумчиво глянул на него - и блик света красиво пробежал по лицу Мэй.
– Выбор есть всегда, - темнота напротив заклубилась, и вперёд вышел мужчина в тунике. На плече у него сидел ворон, а в руке был длинный тонкий меч. Синг явно видел его где-то. Но не мог вспомнить, где.
– Просто выбор не нравится конкретно тебе. Смог бы ты пожертвовать собой ради остальных, если понадобилось бы?