Жемчуг
Шрифт:
И с каждым мгновением волнение внутри него сдувалось, оседая глухим разочарованием.
Он и Броунсворт стояли ещё несколько минут, громко дыша и напряжённо ожидая чего-либо.
Но чего-либо не происходило.
– Ничего, - убитым голосом подытожил Броунворт.
– Оно не подходит...
Синг развёл руками.
– Я совершенно не понимаю этих закономерностей, - зло прошипел он, отходя от алхимического стола.
– Вы понимаете?!
– Не больше вашего, - озадаченно проговорил лорд Броунсворт, потирая
– Оно будто бы меняется...
– Конечно оно меняется!
– Синг раздражённо прошёл мимо пыхтящих колб к окну и открыл его нараспашку.
– Мы же выяснили, что есть несколько разновидностей одной болезни, разве нет?
– Да, но это не объясняет...- невозмутимо начал было Броунсворт.
– Да, не объясняет, - зло оборвал его Синг. Он не знал, что его бесило больше - незнание или невозмутимость Броунсворта. Выглянув в укрываемый пеленой дождя дворик поместья, он шумно вдохнул в себя холодный воздух.
Спокойствия это не принесло, как он и ожидал.
– Я так не могу, - зло и быстро проговорил он.
– Сколько мы проторчали над вычислениями и расчётами?! И что?!
– Лекарство от Проклятья искали несколько веков. Не думаете ли вы, мастер Дегнаре, что сможете найти лекарство за...
– Это не Проклятье!
– Синг зло обернулся на Броунсворта. Всё такой же холодный и невозмутимый - сверяется с расчётами!
– Оставьте в покое бумаги, лорд, мы не сделали ошибок!
– Никогда не будет лишним проверить ещё раз, - глухо произнёс лорд, морща лоб.
Синг убито вздохнул и развернулся к окну.
Ошибки. Он искал их тысячу раз - в надежде, что просто что-то упустил и пазл сейчас соберётся. Но ничего не выходило. Ошибки не было.
А если нет ошибки в решении, которое, по идее, должно быть верным...
Может, верного решения и нет?
Он зло тряхнул головой, отгоняя глупую мысль.
– Что мы знаем о болезни?
– лихорадочно спросил он, расхаживая туда-сюда по своей комнате.
– Что мы знаем о болезни?
– невнятно переспросил Броунсворт, не отрываясь от чтения. Синг всплеснул руками и остановился на месте, переполненный раздражением. Он что, издевается?!
– Да, я так и спросил!
– не в силах сдерживать раздражение, он уже приготовился плюнуть. Но, взглянув на холодный профиль Броунсворта, подавил порыв.
– Что мы знаем о болезни? Мы же ничего не знаем!
– Кое-что да знаем, - не согласился Броунсворт, откладывая записи в сторону.
– Нет, никаких ошибок. Как обычно, да?
Синг почувствовал, как внутри что-то обрывается. Какая-то струна, которая до этого поддерживала его на ногах.
Он тяжело вздохнул и уселся на скрипнувший стул.
– Да, как обычно...
– он вздохнул ещё раз и вытянул ноги. Сапоги раздвинули завалы книг, пару бесценных изданий упали на пол - но сейчас Сингу было плевать, сколько дают на книжном рынке
Он просто хотел вытянуть ноги. Странно, но в его нынешней комнате это вызывало массу затруднений.
За последнюю неделю его обиталище с каждым днём становилась всё более и более похожим на алхимическую лабораторию. И библиотеку. И пещеру отшельника. Вечная темнота, пара горящих свечей, книги и алхимические инструменты - Сингу уже было негде повернуться.
А хуже всего было то, что он не помнил, когда в последний раз выходил отсюда.
Ему не хотелось. Если быть совершенно честным - хотя бы самому с собой, - ему совершенно ничего не хотелось.
– Я не могу понять одного, - задумчиво проговорил Броунсворт, заставив Синга в надежде поднять голову.
– Смотрите, - он взял один из листков, покрытых записями, и подал его Сингу.
Синг с волнением вперился взглядом в лист.
И разочарованно выдохнул, узнавая собственный почерк. Записи-наблюдения о разных формах Гнили, да. Прелестная зарисовка, общая информация.
– И?
– Синг пожал плечами.
– Не вижу ничего нового и интересного.
– Тогда посмотрите ещё раз. Разные формы Гнили поражают разные органы - но одним и тем же образом. При этом, каждая форма - это определённо Гниль, просто разной степени интенсивности, - Броунсворт оперся на краешек стола и принял задумчивый вид, становясь до невыносимости аристократичным.
– И при том, что это всё лишь вариации одной болезни, лекарство к одной форме катализируют другую. Возможно ли такое?
– Мы наблюдаем это. Очевидно, возможно, - раздражённо процедил Синг, припечатывая листок к столу рядом. От удара стеклянные ряды инструментов вздрогнули.
– Я не понимаю, к чему вы клоните.
– Вам не приходило в голову, что болезнь...
– Броунсворт осёкся, а затем осторожно продолжил.
– Страшно подумать, но - рукотворная?
– Рукотворная болезнь? Как вы себе это представляете?
– фыркнул Синг, хотя по его спине пробежал неприятный холодок.
– Посудите сами, - Броунсворт начал загибать пальцы.
– Разные формы, от которых зависит интенсивность болезни. Невозможность подобрать универсальное лекарство. Конфликт между лекарствами. Не просто конфликт - лекарства одной версии усиливают...
– Да-да, вы это уже трижды говорили, - однако за раздражением страх получалось скрывать так себе.
– Ну так скажите мне, господин Дегнаре, - лорд развёл руками, будто предлагая окинуть взглядом что-то.
– Разве это не очевидно? Что настолько совершенная и несовершенная болезнь не могла появиться сама?
– Может, и очевидно, - проворчал Синголо.
Да, когда все эти слова говорит Броунсворт, звучат они гораздо более убедительно. И это его совершенно не радовало.
– Вы думали об этом?