Жемчуг
Шрифт:
– Как знаете, - лорд чуть склонил голову - жест уважения, за который Синг некогда был бы готов платить годами жизни. Только вот теперь он лишь вяло кивнул в ответ - и Броунсворт покинул его комнату, бросив его на растерзание самому себе и стыду.
Стыду вполне оправданному. Синг прекрасно понимал, что поступает плохо. Некрасиво. Даже подло. Но сил поступить правильно найти в себе не мог.
Он не видел Мэй уже четыре дня. И боялся видеть её. Боялся зайти в комнату к ней и увидеть вместо весёлой и чуть странной
Но он всё ещё не знал. И, в придачу, был ужасным трусом. Он думал, что было тяжело хоронить и резать незнакомых ему людей, которые вложили свои жизни в его слабые руки.
Оказывается, когда речь идёт о дорогих и близких людях, всё становится сложнее. Гораздо сложнее и тяжелее.
Настолько тяжело, что тут наверняка не только его - никакие руки не выдержат.
Синг поднял свои ладони и задумчиво уставился на них. Длинные, худые пальцы, мягкая и бледная кожа.
И вот в эти руки они отдали всё.
Он тяжело вздохнул и закрыл глаза.
А затем обхватил этими самыми руками голову, сгорбившись.
Он не знал, что делать. Пора открыто это признать. Выйти на галерею, откашляться... Хотя нет, это примут как издевательство те, кто кашляет весь день. Тогда просто выйти и сказать. Сказать, как есть.
Что он не имеет ни малейшего представления о том, почему его лекарства удаются хоть в какой-то мере. Что больны все, и, рано или поздно, Гниль начнёт пожирать каждого живого в этом городе.
В конце концов, сказать, что он не знает, что делать.
Сколько раз он пытался разобраться в этом всём? Синг уже сбился со счёта.
"Я даже считать успел, - отстранённо подумал он.
– Не то что пытаться".
Только он знал, что сегодня попытка будет последней. Потому что он не врал Броунсворту - он не боролся. У него не было уже сил бороться.
Поэтому, тяжело вздохнув, Синг встал. Сердце начало судорожно биться, будто пытаясь его остановить.
– Поздно, - едва ли не ласково произнёс Синг, нервно поправляя свою рубаху.
– Давно уже поздно, дружище, - он похлопал по сердцу -успокаивающе и обещающе.
Сердце продолжится исступлено биться, явно не доверяя ему.
"И правильно. Будь я кем-то другим, никогда бы себе не поверил", - подумал он, быстро утирая пот со лба. Да ладно же ему. Всего лишь очередной обход, подумаешь! Он такие за последний месяц провёл уже... Сколько? Десятки, сотни?
Но какая-то часть понимала, что этот обход не будет таким же, как другие.
Комната, которую Синг велел отвести Мэй, была более-менее сухой. Если честно, более сухой и тёплой, чем комната Синга.
Он раздражённо дёрнул щекой, приближаясь к кровати. Если бы Гниль можно было бы лечить уютом, сухостью и теплом, все были бы счастливее.
Мэй полусидела на кровати,
– Ты долго шёл, - заложив страницу пальцем, Мэй подняла на него смешливый взгляд.
– Я думала, что увижу тебя чуть раньше. Тебе повезло, что я не сплю.
– Работа... Много работы, - неловко пробормотал Синг, замирая у её кровати в нерешительности. Ему сесть? Или...
– Садись уже, - Мэй похлопала рукой по постели.
– Ты едва стоишь. Ты ешь хотя бы?
– Да, - солгал Синг, плюхаясь на кровать.
– Врёшь.
– Вру, - спокойно согласился Синг, стараясь глядеть на книжку в её руках. Но взгляд сам собой соскальзывал на чёрные точки под ногтями. Проклятье. Ещё больше.
Значит, уже где-то вторая или третья стадия, и скоро...
– Эй!
– девушка щёлкнула пальцами у него перед лицом, заставив вздрогнуть.
– Я что, похожа на учебник? Прекрати так смотреть на меня! Мне не больно, я ещё не умираю! Понятно?
– Прости, - Синг стыдливо отвёл взгляд. Совсем в сторону - от греха подальше.
– Я... Похоже, ты хорошо устроилась.
– Твоими стараниями, милый Синголо, твоими стараниями, - она тихо усмехнулась.
Синг не ответил - он как-то растерянно изучал комнату. Небольшую и непривычно заполненную светом. Не так уж много места - но это лишь придаёт ей уюта. Разве что столик стоит неудобно, прямо под окном - а оттуда наверняка ведь дует, и вообще...
– Ты пришёл ко мне? Или изучать мою комнату, м?
– девушка придвинулась к Сингу на кровати ближе.
Синг неловко пробормотал что-то невразумительнее себе под нос. Раньше он всегда находил, о чём с ней поговорить. А теперь слова не шли. Совершенно.
– Ты пугаешь меня, Синг, - Мэй чуть пихнула его в плечо.
– Раньше ты постоянно ворчал. А теперь молчишь.
– Я...
– в горле у Синга пересохло, и он закашлялся.
Пока он пытался справиться с лающим кашлем, в голове пронеслась тысяча мыслей. Что ей сказать? Что он... Что?
Откашлявшись, он понял, что не знает, что говорить. А потому просто стиснул зубы, глядя на пол перед своими ногами.
– Стоило мне оставить тебя ненадолго - и ты снова расклеился, - чуть обиженно произнесла Мэй.
– Что, неужели ты совсем не можешь без меня?
– Сложнее, - хрипло выговорил Синг.
– Без тебя.
– А я думала, что будет легче. Никто мешать не будет, - она хихикнула и вновь пихнула его в плечо.
– Вот, меня нет - работай не хочу.
– А я и не хочу, - тихо произнёс он. И тут же его спина покрылась холодным потом от испуга.