Жемчуг
Шрифт:
– Даже если и думал - имеет ли это значение? Мы должны вылечить её. Её происхождение меня не интересуют.
– И, тем не менее, вы думали, - Броунсворт поднял невидящий взгляд к потолку, и Синг устало вздохнул.
– Кто может создать болезнь? Болезнь такой силы?
– Почему вы так ухватились за эту идею?
– недовольно дёрнул щекой Синг.
– Создана Гниль кем-то или появилась сама - какая разница?
– Знай мы, что её создали, мы могли бы использовать это. Попытаться пойти от противного - понять, что лежит в основе, и...
– Нам не хватит
– Вы же понимаете это, лорд. Это всё - ложные следы. Нам нужно иметь дело с фактами, - Синг чуть стукнул колбой о край стола, заставляя муху выскользнуть на пол.
– Вы хотите сместить приоритеты и добиться успеха хоть в побочных стараниях. Но это не приблизит нас к лекарству. Поверьте.
– Да, вы правы, мастер Дегнаре. Но...
– Броунсворт вздохнул.
– Я не понимаю. На вашем месте я давно опустил бы руки, - он зло поджал губы, и Синга резануло неприятным предчувствием.
– Ландстар. Мы прошли с ним всю кампанию тысяча двухсотого. И каждый день он шутил. Резал, зашивал, ампутировал - и шутил, улыбался. А вчера он спросил у меня - вижу ли я смысл в этом всём.
Синголо скривился. Да, он ожидал таких вопросов и настроений с самого начала. Но от этого ситуация не становилась более приятной.
– Многие сомневаются, - продолжал лорд.
– Многие бы уже сдались. И, честно говоря, не сдаются только из-за вас. Вы... Вдохновляете, - последнее слово далось Броунсворту с трудом.
– Ага, - Синг горько усмехнулся.
– Вдохновляю. Мы же относительно взрослые люди, лорд. Всем просто стыдно сдаться раньше, чем это сделаю я. Если я, безмозглый выскочка, не сдаюсь - разве могут они?
Броунсворт не отвечал - но Сингу ответа и не надо было. Он всё ещё неплохо разбирался в людях, и очевидные выводы мог сделать сам.
Если бы все эти выводы были бы хотя бы раз приятными, было бы вообще замечательно.
– Я пытаюсь помочь вам, - холодно, с аристократичной выдержкой произнёс Броунсворт.
– Честно пытаюсь.
– И я благодарен вам, - искренне кивнул ему Синг.
– Нет ничего, за что стоит благодарить. Самое ценное, что я понял - это то, что весь мой стаж, всё моё обучение ничего не значит. У меня на руках умирали роженицы, я хоронил пациентов после оперативного хирургического вмешательства. Но это...
– он дёрнул щекой. Синг понимающе усмехнулся.
– А, это чувство, да? Когда осознаёшь, что все возможные решения исчерпаны, а ответа так и нет. А оно, - он абстрактно потряс рукой в воздухе, - всё ближе и ближе, и забирает всё больше и больше людей?
– Да, - Броунсворт широко раскрыл глаза, потерянно глядя в пустоту.
– Чёрт возьми, да. Оно. Как вы с ним боретесь?
– Никак, - безразлично бросил Синголо, прикрывая глаза и откидывая голову назад.
– Борьба отнимала бы время. Я трачу его на то, чтобы анализировать и искать решения.
Какое-то время он наслаждался тишиной и шелестом дождя за открытым окном. А затем Броунсворт
– Тогда я понимаю, почему Робартон поставил вас над нами. Вы за месяц прочли больше, чем каждый из нас прочёл за всю жизнь.
– Само по себе чтение не делает человека умным. Если бы я понял всё, что написано в этих книгах...
– То не были бы человеком.
– Если бы это помогло - я бы с радостью не был бы, - буркнул Синг.
– И тогда, полагаю, вас здесь не было бы. Полагаю, вы помните Вортлера. "И глупость людская, переплетясь в объятьях с пылкой страстью, меняла мир в моём веку не раз".
– О, только не приплетайте сюда поэзию, - скривился Синг. Ему никогда не нравились стихи Вортлера. Слишком напыщенные. Хороши для цитирования, плохи для прочтения.
– Я веду к тому, что глупость и опрометчивость, знаете ли...
– лорд криво улыбнулся.
– Они полезны. Вы здесь из-за них.
– Громкое заявление.
– Я знаю, что вы проникли в город после эпидемии, - Синг равнодушно пожал плечами, признавая его правоту.- Раньше я бы назвал этот поступок опрометчивым и глупым. Но, надо заметить, после знакомство с вами я поменял взгляды на многие вещи. Если бы не глупость и опрометчивость, вас бы тут не было. И, думаю, не было бы даже наработок лекарства.
– Думаете. Но не знаете, - отмахнулся от него Синг.
– Я хочу узнать только одно, - лорд с интересом смотрел на Синга.
– Зачем вы вообще приехали сюда?
– Услышал об эпидемии, - развёл руками Синг.
– Никаких тайн, ничего особенного. Подумал, что могу оказаться полезным.
– О да, вы оказались, - недоверчиво хмыкнул Броунсворт. Явно не поверил, что Синг прибыл просто из-за "полезности". Впрочем, его проблемы. Синг не собирался распахивать перед кем-то здесь душу.
– В любом случае, вы справляетесь весьма неплохо для человека, прибытие которого сюда выглядит глупостью.
– Недостаточно неплохо.
– Другие бы не справились.
Синг хотел было сказать то, что говорил Мэй уже тысячу раз - он не другие. Но слова застряли в глотке. Какой смысл? Будут те же возражения и попытки оправдать его перед ним самим же.
Раньше он сам прекрасно справлялся с этой задачей - оправдывать себя. А теперь, когда права на оправдания у него не было, каждый пытался подсказать ему, как можно переложить чувство ответственности и вины на кого-то ещё. Или что-то ещё.
Если бы проблему можно было бы решить, просто переложив вину, он бы обвинил каждого и всякого вокруг.
– Пожалуй, на сегодня дела можно считать оконченными?
– спросил он, открывая глаза.
– Да, пожалуй, - кивнул Броунсворт.
– Вы собираетесь ещё сегодня работать?
– Наверняка.
– Тогда, может, мне сходить проведать вашу помощницу?
При упоминании Мэй Синг неловко дёрнулся. И по виноватому взгляду лорда понял, что тот этот жест заметил.
– Нет, - смущённо пробормотал Синголо.
– Не надо, - он чувствовал, что скулы и шея горят от жгучего стыда, а потому был благодарен полутьме комнаты.