Граф
Шрифт:
— Кажется, вам стоит поискать новую кухарку, — я нанизал кусок на вилку и осмотрел его. — А чье это мясо?
— Лесной живности, — нараспев произнесла рыжая Ольга, и ее сестра хихикнула, обнажив ровные белые зубы.
Несмотря на то, что до прибытия сюда я был чертовски голоден, аппетит у меня резко пропал. К тому же, хозяйки особняка даже не притронулись к еде. Вино в их бокалах тоже осталось нетронутым.
— Итак, для чего же вы меня пригласили? — я чуть отодвинул стул, чтобы иметь возможность быстро встать.
— Исключительно ради
— Надеюсь, вы не держите на меня обиды?
— Что вы, ни в коем случае, — покачала головой Маргарита, грациозно поднимаясь со стула.
Падчерицы тоже встали, не отводя от меня лихорадочных взглядов.
— Полагаю, у вас есть тема для разговора, — краем глаза я заметил, как стоящий чуть поодаль слуга сделал шаг в мою сторону. — Огласите ее?
— Извольте, — Маргарита приблизилась и беззастенчиво уселась на край стола рядом со мной. — Добрососедские отношения.
— С вами?
— И с нами тоже, — пальцем в бархатной перчатке графиня провела по линии своего декольте и опустила ткань вниз, сделав откровенный вырез и вовсе вульгарным. — Поверьте, вы не пожалеете. — Она сделала знак, и ее падчерицы с поразительной легкостью сбросили с себя одежды, оставшись абсолютно голыми.
Первое, на что я обратил внимание — небольшие бугры под бледной кожей девушек. Они слабо шевелились, чуть меняя свое местоположение. Нечто подобное я уже видел у Бобринского.
— Кажется, я понимаю, о каких соседях вы говорите, — сообщил я. — Увы, но подобным не интересуюсь.
— Вы не знаете, от чего отказываетесь, Маргарита наклонилась вперед, демонстрируя мне свои прелести. — Вы познаете неземное блаженство, не будете ни в чем нуждаться и станете частью чего-то большего, единого, вечного. Нам не обязательно быть врагами, граф, — голос женщины обволакивал меня шелковистым бархатом. Он проникал в самые отдаленные уголки сознания.
— Бобринский, — с трудом ворочая языком, произнес я. — Вы изменили его дочь?
— Она хотела силы. Наш покровитель дал ей желаемое.
— Кто ваш покровитель? — мое сознание стало вязким, мысли путались, взгляд затуманился.
— Вы встретитесь, когда придет время, — лямки платья соскользнули с чувственных плеч Маргариты. — Но это случится позже. Пока же мы можем насладиться друг другом.
— Бобринскому вы сказали то же?
— Нет, — улыбнулась Маргарита, придвигаясь все ближе. Ее голубые глаза превратились в два черных омута. — Он жаждал иного и присоединился по доброй воле, чтобы забыть боль, отчаяние и страх. Вы сможете так же. Просто доверьтесь…
Слуга графини встал сзади и положил крепкие руки мне на плечи, вдавив в стул. Маргарита плавно соскользнула со стола и оседлала меня, прижавшись всем трепещущим телом. Ее падчерицы принялись тереться о меня, извиваясь, словно змеи.
По телу растеклась
Графиня испуганно отпрянула, и я ударил ее лбом точно в переносицу, опрокинув на стол. На моих руках повисли те, кто раньше звался Ольгой и Марией. Первую я отпихнул ногой, вторую же ухватил за волосы и трижды приложил головой о край стола. Дерево окрасилось алым, и тело Марии безвольно соскользнуло на пол.
Слуга с шипением набросился сзади. Ольга с поразительной прытью атаковала спереди. Меч вошел между ее грудей и вышел из спины. Несмотря на страшную рану, дочь графини попыталась достать меня скрюченными пальцами. Я оттолкнул ее ударом ноги и перебросил слугу через плечо, окончательно доломав стол. Мужчина попытался подняться, но его пригвоздил к полу пылающий черным пламенем клинок. Разделавшись с одним противником, я обезглавил вновь вскочившую на ноги Ольгу. Поднял меч для очередного удара, но Маргариты нигде не было.
— Ты должен повиноваться! — донеслось с потолка.
Я задрал голову и увидел висящую на нем графиню Уланову.
— Извини, но жениться мне пока рано, — печати закружились перед моей ладонью, и столп черного пламени ударил туда, где мгновение назад находилась Маргарита.
— Дерзкий щенок, — упав с высокого потолка, женщина сломала ноги — я отчетливо слышал хруст костей, но это не помешало ей выпрямиться. — Сопротивляясь, ты сделаешь только хуже, — предупредила меня она и рассекла руку поднятым с пола ножом.
Темная кровь пропитала черный бархат, но на пол не упало ни капли. Графиня пугающе улыбнулась и повела рукой, формируя из застывшей в воздухе жидкости алый полумесяц, чей бок больше напоминал лезвие. Воздух наполнился запахом серы.
Я сразу вспомнил разрезанное пополам ружье. Если попадет — пиши пропало.
— Последний шанс, — предупредила Маргарита.
— От меня такой щедрости не жди, — холодно ответил я, вонзив меч начавшую шевелиться Марию — даже с пробитой головой она продолжала подавать признаки жизни. Но теперь все было кончено.
Алый полумесяц полетел в мою сторону с ошеломительной скоростью. Я успел уклониться, но ведомая даром Маргариты застывшая кровь мигом полетела обратно. Мне снова удалось уйти с траектории удара, так что полумесяц лишь вспорол мой пиджак на плече, после чего отрезал кусок от спинки попавшегося на пути стула и вернулся к заклинательнице.
Не дожидаясь повторной атаки, я сорвался с места и бросился на Маргариту. Изверг, или кем теперь являлась графиня, издала череду щелкающих звуков и прыгнула в сторону за миг до того, как ее бы рассек мой клинок. Но я предвидел подобный маневр и выпустил в спину прыткой твари столп черного пламени. Он ударил женщину между лопаток и отшвырнул на стену, оставив на ее теле страшный ожог. В комнате завоняло паленой плотью.