Хелена
Шрифт:
Богиня Пустого мира подстать своим владениям — жалкий эрзац.
Ларан знал, что душа Гвиневеры заражена, однако всё равно использовал её. Он сотворил существо, во всём напоминающее любимую женщину, но в том и дело, что только напоминающее. Фальшивка в конце концов разочаровала его — вот настоящая причина, по которой Белая не смогла, сколько не пыталась, воскресить своего создателя.
Призрачные женщины рыдали, призывая разделить их страдания. Одна из них подлетела совсем близко ко мне, и хоть Лионель
Опираясь на силу Жиюнны, я усмиряла буйных духов. Но теперь, когда мои отношения с Алой Владычицей более чем двусмысленны, рассчитывать на её силу не приходилось. Что же делать? Может, и правда… разделить боль?
— Раскрой врата, душа моя. Пусть войдёт то, что страстно желает.
— Нет, Хелена! — закричал Лионель, но заклинание уже начало работу. Сознание захлестнул поток образов из чужой жизни. Первая любовь — синеглазый юноша, нежный, как девушка, затем, почти сразу — его мёртвое лицо, жуткое ощущение безнадёжности, холодные поцелуи нелюбимого мужчины… и, словно золотой луч света во мраке — улыбка человека, чьё нетленное тело я видела в башне Повелителя времени. Краткий миг счастья с ним, а после — мучительное прощание с миром и агония, растянувшаяся на вечность…
— Хватит! Умоляю…
Я упала, обхватив голову руками. Опасно пускать чужого в свой дом, а в голову и подавно. Я опрометчиво нарушила это простое правило и чуть не поплатилась рассудком.
Лионель сложил пальцы древним знаком защиты от злых сил, сотворив щит, укрывший нас обоих. Поток чужих воспоминаний иссяк, но я оставалась под впечатлением уже полученных. Мысли путались, но одно было понятно абсолютно точно: силой нам не одолеть призраков.
Но если не силой, то как с ними бороться?
Как спастись?
"Печальный бог, благослови, если слышишь. Мне понадобится любая помощь".
— Сдерживай их как можно дольше, — попросила я Лионеля. — Я должна отыскать ответ.
Паладин коротко кивнул. Его лицо было спокойно, но я знала, что поддержка щита истощает его силы. Скоро ему придётся сражаться. И пусть "Несломленный" рассекает любую плоть — даже призрачную, — моему любимому предстоит тяжёлый бой.
"Лионель… Выживи. Быть может, нам и не суждено быть вместе, но умирать вновь здесь ты не должен".
Глубоко вздохнув, я, собрав силу, погрузилась в поисках ответов внутрь себя.
Я сидела у постели брата, смотрела на его бледное лицо и вслушивалась в тяжёлое дыхание. Рядом стояла мать и отец, постаревшие сразу на несколько лет. Они растеряно спрашивали о чём-то целителя, но только качал головой. Я уже просила помощи в храме. Мне отказали.
"Госпожа, спаси Андриана. Всем сердцем молю…"
Жиюнна могла исцелить брата в два счёта — я хорошо это знала, ведь однажды
"Умоляю, спаси Андрэ…"
Разве я не достаточно послужила ей? Разве я много прошу? Всего лишь одно крошечное чудо…
Глухая тишина была мне ответом.
Мой брат медленно угасал, а я, жрица могущественной богини, не могла ему ничем помочь.
Дойдя до крайней степени отчаяния, я приняла помощь у первого, кто её предложил. Моя жизнь в одночасье рухнула, но это того стоило.
У постели Андрэ я пережила долгие часы боли и бессилия. Никто не заслуживает подобного.
Никто.
— Что с тобой? — обеспокоенно спросил Лионель. Он выглядел усталым.
— Теперь всё будет хорошо. Обещаю.
Страх ушёл, уступив место спокойной уверенности.
Внутри меня зародилось и быстро росло что-то тёплое, что-то приятное.
— Скоро щит падёт. Но не бойся, я защищу…
— Не волнуйся, я обо всём позабочусь.
— И что же… ты сделаешь? — растеряно проговорил паладин. Я не смогла сдержать улыбки: было так странно видеть непривычное выражение на лице любимого, делавшее его почти мальчишеским.
— Я обниму тебя.
— Объятия? Сейчас?
— Просто доверься мне.
Лионель не подвёл. Он не стал тратить время на вопросы, хотя мои слова и звучали нелепо.
Касаясь тела любимого и ощущая в себе нечто невероятно ласковое, в тот миг, когда щит рухнул, и на нас набросились женщины-призраки, я прокричала:
— Прими сострадание, измученная душа!
Золотой свет вышел из моего тела и заполнил собой всю гробницу Гвиневеры Альбианы. Он смыл всё: боль, одиночество, отчаяние…
"Хорошая работа, девочка-волшебница", — раздался в голове властный женский голос. Кто бы сомневался: Белая следила за каждым мои шагом.
"Я горжусь тобой", — произнёс более тихий, мужской.
Печальный бог. Все ли мои молитвы он слышал?
Тело наливалось тяжестью. Зная, что скоро потеряю сознание, я прошептала:
— Лионель… любовь моя… свет и радость моей жизни…
А потом…
Потом меня поглотила тьма.
— 21-
…поцелуй её, рыцарь.
— Когда мне понадобится твой совет, я скажу.
— Зря сердишься. Всякий знает — нет ничего лучше поцелуя, чтобы пробудить принцессу.
Я медленно открыла глаза. Моя голова лежала на коленях Лионеля, рядом, на корточках, сидел Миарк — уже вполне нормальный. Гнетущая атмосфера, царящая прежде в гробнице, сменилась тишиной и умиротворением.
Ти-ши-ной. Голоса стихли, и теперь казалось, что их никогда и не было. Что случилось с осколками души Гвиневеры? Неужели я уничтожила их? И куда исчез свет?