Огонь из пепла
Шрифт:
– Хо! – Ро подпрыгнул и оттолкнул бревно шестом. Мы дернулись вправо. – Гадкий щитомордник! Толкай, Лиль, он шумит!
Я вскочила на ноги с воплем, перебралась на середину. Шест Лиля шумел в воде, и я смотрела, как змея проносится мимо, белый рот был раскрыт.
– Огонь и дым! – рассмеялся Ро. – Он меня чуть не поймал! Можешь сесть, леди королева, они хорошо плавают, но людей не преследуют.
Я была слишком испугана, чтобы смущаться, медленно прошла к ящику и опустилась на него, стиснув зубы в тревоге. Плыть самой не хотелось. Проклятие место и его обитатели-убийцы.
Через
– Все хорошо, Рыбьеглаз? – крикнул Ро.
– Помоги уже с грузом, балда.
Он был пугалом, скорченным мужчиной с белой бородой, похожей на мох на деревьях. Он был светлокожим сиприянцем, хотя понять можно было только по его светло-голубым глазам, остальное его лицо напоминало печеное яблоко. На голове была соломенная шляпа, его бесформенная одежда свисала с тела, как белье на веревке. Он поймал веревку, брошенную ему Ро, узловатой рукой, как ветви деревьев, и закрепил нас.
Ро протянул мне руку, мышцы на его лице подрагивали, он сдерживал улыбку. Я проигнорировала его руку, я всю жизнь выбиралась из лодок. Я шагнула на палубу. Мужчина смотрел на меня, вытянув шею над кривыми плечами. Ро присоединился ко мне.
– Королева Мона, представляю вам Клеофаса Моса, известного многим как Рыбьеглаза.
– Очень рада знакомству, - ровно сказала я.
Из-под его бороды донеслись неразборчивые слова.
– Прошу прощения? – спросила я.
– Да, твои волосы выглядят так, будто в них суслики жили.
Я сунула прядь волос за ухо.
– Да, они обгорели.
– Ага, как хвост лисы. Вторую получил? – он посмотрел на Ро.
– Королева Джемма на борту, да. Она скоро проснется.
– Тогда лучше все уладить. Вот, садись на ящик, - он сунул деревянный сундук мне в руки. Угол впился в мои перевязанные ожоги, я подавила вскрик.
– Ах, - Ро быстро поднял ящик из моих рук. – Рыбьеглаз, думаю, королеве Моне не пристало сидеть на грузе. И у нее сильный ожог.
– Ну, как скажешь. Сядь и не мешайся.
Я вскинула голову и пошла мимо странного мужчины, но тут густой серый мех на его плечах пошевелился сам по себе. Я отпрянула.
– Реки к морям…
То, что я приняла как часть его бесформенного наряда, оказалось живым существом, опоссумом, обвившим его шею как воротник. Длинный лысый хвост пропадал под бородой. Он повернул злую мордочку ко мне и зашипел.
– Мирабель! Веди себя хорошо, - проворчал Рыбьеглаз. – Не бойтесь. Она не любит незнакомцев.
Ро за ним склонился над ящиками, пытаясь сдержать приступ смеха. Я неразборчиво ответила и поспешила к бревну в стороне от груды груза. Я забралась на него, попыталась взять себя в руки. Я не знала, злиться мне или смеяться.
Лиль и Рыбьеглаз бросали ящики на «Болотного зайца», Ро подошел ко мне широким сундуком в руках.
– Ваш гардероб, леди королева, - сказал он, голос все еще был веселым.
– Я просила
– Ах, - он покачал головой, улыбаясь. – Не спеши с выводами. Рыбьеглаз живет и дышит болотом, он не любит народ Селено, который портит это место для своих кораблей. Этот человек на нашей стороне. Он будет в пути впереди нас, проверять пути и сообщать тем, кто нас примет.
– А опоссум? – спросила я.
Он пожал плечами.
– Опоссум. Что тут скажешь? – он снял с сундука крышку. – Тебе нужны нарядные платья и повседневные, - он порылся в слоях кружев и бахромы. – И где-то сапоги. Плащ. Нижнее белье. Две рубахи и штаны. Гребень и зеркало.
– Как скоро мы доберемся до дома?
– Через пару минут после этого. И там ты сможешь переодеться.
– Робидью! – завопил Рыбьеглаз. – Хватит заигрывать!
Он улыбнулся и пошел помогать Лилю грузить ящики. Я посмотрела платья сверху, поджала с отвращением губы при виде нарядных. Они были из слоев кружев с кисточками и бусинами на корсете. Я всегда предпочитала платья скромнее, и сам фасон и несколько украшений указывали на их качество. Но перебирать я не могла. Мне повезло, что меня не завязали в мешок и не выбросили в болото.
Я закрыла сундук, и тут таракан размером с куриное яйцо вылез из бревна, на котором я сидела. И полез по моему колену.
Я вскочила и отбросила мерзость, подавив визг. Он отлетел по пристани к воде. Я поежилась и отряхнула руки и шею. Мэй закатила бы глаза при виде меня.
Мэй. Что с ней случилось? Я закрыла глаза, тревога за нее окутала тяжелым туманом. Могла ли она пережить падение в воду? Я видела ее только в океане и реке. Она смогла взять себя в руки в неподвижной воде залива? Ро описывал ее, никто больше не подошел бы под его описание. Но он мог увидеть ее до падения за борт. Может, он и не видел ее плывущей. Я ему в этом не доверяла, не могла доверять. Подруга могла умереть. Мой желудок сжался, горе смешалось с сомнениями.
Что бы сделала Мэй на моем месте? Она бы убежала со своим компасом, обходя аллигаторов и змей. Никто не увидел и не услышал бы ее, пока она не появилась бы в Лиле без царапин и не голодная. Я так выживать не умела. Я могла плыть там, где не могла Мэй, но не знала, как ставить силки, собирать ягоды и исцелять раны травами. Я не знала, какие существа были опасными. Нет, я была привязана к планам ассамблеи, к их странным помощникам, хорошо это было или плохо.
Ро пошел по пристани, сворачивая карту.
– Можно отправляться, - сказал он. – Готова?
«Это важно?» - я посмотрела на воду. Таракан барахтался на поверхности, пока темный рот не появился из мрака и не утащил его на глубину.
– Готова, - сказала я.
Ро забрал мой сундук и понес по скрипящей пристани. Я поспешила за ним к лодке, где теперь было полно ящиков.
– Зачем все это, если мы каждую ночь будем останавливаться у речного народа? – спросила я, он опустил мой сундук на палубе.
– У нас есть пара дел по пути. Многие ящики пустые, мы заберем мешки жженой извести. В некоторых прототипы для мастеров. И в нескольких припасы, если нам придется скрываться от алькоранцев.