Занавес

Агата Кристи

Не знаю, но у меня сложилось впечатление, что Бойд Каррингтон перевёл многозначительный взгляд с Элизабет Коул на Нортона, который, кажется, покраснел.

Я внимательно посмотрел на Элизабет. Она была ещё сравнительно молодой, приятной женщиной. Очаровательное, милое создание, которое может сделать жизнь любого мужчины счастливой. В последнее время она и Нортон часто проводили время вместе. В погоне за цветами и птицами они стали друзьями. Я вспомнил, что она отзывалась о Нортоне как об очень добром человеке.

Что ж, если так, я рад за неё. Её

голодное, скучное детство не будет препятствием на пути к счастью. Трагедия, потрясшая её жизнь, не прошла даром. Глядя на неё, я вдруг подумал, что с тех пор, как приехал в Стайлз, никогда еще не видел её такой счастливой и весёлой.

Элизабет Коул и Нортон — что ж, может быть.

И вдруг меня охватило странное чувство беспокойства. Небезопасно думать о счастье здесь! Что-то роковое ощущалось в атмосфере Стайлза, и я это почувствовал — именно в эту минуту, почувствовал приближение опасности.

Через несколько секунд это состояние прошло. Никто не заметил моего смятения, за исключением Бойда Каррингтона.

— Что-нибудь не так, Гастингс? — шепотом спросил он меня.

— Нет. А что?

— Ну.., вы так странно посмотрели.., даже не знаю как объяснить.

— Просто у меня возникло какое-то предчувствие.

— Предчувствие зла?

— Пожалуй, можно сказать и так. Я почувствовал, что что-то должно произойти.

— Странно, но у меня такое предчувствие возникало уже не раз. Как вы думаете, почему это?

Он внимательно посмотрел на меня.

Я покачал головой, так как не представлял, чем это вызвано. Просто меня охватила волна депрессии и страха.

Из дома показалась Джудит. Она шла медленно, высоко подняв голову, сжав губы. Прекрасное её лицо было печально.

Я подумал, как она не похожа ни на меня, ни на Сайндерс. Она напоминала молоденькую — монашку. Нортон это тоже почувствовал. Он сказал ей:

— Вы похожи на вашу тезку [22] в тот самый момент, когда она отрубает голову Олоферну.

22

Джудит (англ.) или Юдифь (евр.) — библейская героиня, которая отправилась в стан врагов к ассирийскому военачальнику Олоферну, воины которого осаждали одну из крепостей, где укрылись люди её племени. После пира, оставшись наедине с Олоферном, Юдифь отрубила уснувшему полководцу голову. Гибель военачальника внесла замешательство в ряды ассирийцев, и они были разбиты.

Джудит улыбнулась, слегка приподняв брови.

— Не помню, почему вдруг она решила это сделать.

— Ради высоких моральных принципов! Насмешливый тон, которым были произнесены эти слова, вызвал недовольство Джудит. Она вспыхнула, и не говоря ни слова, прошла мимо Нортона и села рядом с Фрэнклином.

— Миссис Фрэнклин, — произнесла Джудит, — чувствует себя намного лучше. Она хочет, чтобы сегодня вечером мы все поднялись к ней

на чашку кофе.

4

«Мисс Фрэнклин — человек настроения», — подумал я, когда после обеда мы все поднялись к ней. Целый день она всех терзала, и вдруг её настроение резко изменилось. Сейчас она была сама любезность.

В пеньюаре бледно — голубого цвета она сидела в кресле. Рядом с ней стоял низкий вращающийся книжный шкафчик с кофейным набором. С помощью сиделки Кравен она совершила ритуал приготовления кофе. К миссис Фрэнклин поднялись почти все, за исключением Пуаро, который всегда отдыхал после обеда, Аллертона, ещё не вернувшегося из Ипсвича, полковника и миссис Латрелл, оставшихся внизу.

Мы чувствовали восхитительный аромат настоящего кофе. В Стайлзе под кофе подразумевался мутный безвкусный напиток. Вот почему мы как завороженные смотрели на священнодействие миссис Фрэнклин.

Сидя по другую сторону книжного шкафчика, служившего кофейным столиком, Фрэнклин передавал чашки по мере их наполнения. Бойд Каррингтон стоял у дивана, Элизабет Коул и Нортон — у окна. Сиделка Кравен пристроилась рядом с креслом миссис Фрэнклин. Я сидел в кресле, ломая голову над кроссвордом из «Тайме».

— «Почти возлюбленный или третий в игре?» — прочитал я. — Восемь букв.

— Вероятно какая-то анаграмма, — бросил Фрэнклин. После некоторого размышления я продолжал:

— «Типы, промышляющие в безлюдных местах».

— Грабители, — быстро произнёс Бойд Каррингтон.

— Цитата: «И Эхо, что бы ни спросили, отвечало ей…?» Теннисон. Шесть букв.

— «Отвечало ей: „Смерть“, — сказала Элизабет Коул, стоявшая у окна.

Кто-то позади меня затаил дыхание. Я обернулся. Это была Джудит. Она прошла мимо нас к окну и вышла на балкон.

— «Почти возлюбленный или третий в игре», — вновь прочитал я, после того как заполнил ещё несколько клеточек кроссворда. — Вторая буква «ю».

— Интересно, что же это может быть?

— Любовник, — сказал Бойд Каррингтон.

У миссис Фрэнклин дрогнула рука, и она невольно звякнула ложечкой о блюдце. Я перешёл к следующему вопросу.

— Персонаж, сказавший: «Ревности остерегайтесь, зеленоглазой ведьмы…», — прочитал я.

— Это из Шекспира, — подсказал Бойд Каррингтон.

— Может быть, это слова Отелло или Эмилии? — предположила миссис Фрэнклин.

— Слишком много букв, а в этом слове их должно быть всего три.

— Яго.

— Я уверена, это Отелло.

— Это вовсе не Отелло. Ромео обращается с этими словами к Джульетте.

Мы все стали высказывать свои мнения, и вдруг с балкона раздался голос Джудит:

— Посмотрите, звезда упала. А вот и другая!

— Где? — спросил Бойд Каррингтон. — Следует загадать желание.

Он вышел на балкон и присоединился к обществу Элизабет Коул, Нортона и Джудит. Затем к ним подошла сиделка Кравен. Поднялся и Фрэнклин. Они дружно вглядывались в тёмное небо и восторгались.