Жемчуг

Вольмарко Андрей

А затем Мэй тихо кашлянула.

– Ты... Ты действительно назвал меня леди?

– Так я и сказал, - усмехнулся Синг. Мэй улыбнулась ему в ответ, и что-то в груди приятно кольнуло. Красивая у неё улыбка, да.

Почему-то стыдливо потупив взгляд, Синг допил уже остывающий чай. Эта беседа уже тоже начала остывать. Им обоим пора.

– А теперь - простите, миледи, - произнёс он, вставая.
– Мой перерыв окончен, и мне пора опять в дела. Сейчас у меня... Встреча с коллегами.

– Очередное препирательство над вскрытием, - спокойно закончила за

него девушка. Синг кивнул.
– Иди. У тебя всё получится.

В другой ситуации, от другого человека, эти слова звучали бы глупо, слащаво и Синг наверняка вывернул бы все запасы желчи на их произнёсшего.

Но сейчас они были приятны ему.

– Спасибо, - сказал Синг, выходя в коридор.

Он действительно был благодарен ей.

Комнату для вскрытий Синг называл Спокойной. По двум причинам. Во-первых, её оборудовали на самом верху, в продуваемой сквозняками комнате. Сквозняки остужали пыл спорящих, а потому диспуты проходили лишь в форме взаимных оскорблений, а не драк.

А, во-вторых, все стёкла в комнате были синими. Это почему-то успокаивало и завораживало Синга - ему нравилось наблюдать, как пылинки ярко блестят в косых голубоватых лучах.

Впрочем, обычно ему было не до любований. Как и сегодня.

Собравшиеся здесь лекари казались чужеродными - чёрные и серые тени, сгрудившиеся над столом. Тихие разговоры, зябкие передёргивания плечами. И очередной труп на столе.

Не труп, одёрнул сам себя Синг. Пособие для изучения.

– Он всего лишь мальчишка!
– громкий скрипучий голос заставил его замереть.
– Глупый и наглый мальчишка, которому повезло!

– О, во имя Двух, Толле, неужто ты веришь в везение?! Сколько тебе лет - пять?! Он - профессионал!

– Он - сопляк, которому повезло!
– возмущённо гаркнул первый голос.

– Вы опять о Дегнаре?
– недовольно поинтересовался кто-то из лекарей.

О. Они снова говорят о нём. Прелестно. И, похоже, пока не заметили его.

Тихо хмыкнув, Синг сложил руки на груди и замер в тени у двери.

Ему будет интересно послушать.

– Он - алхимик?!
– громко фыркнул кто-то, кого заслоняли от Синга другие лекари.
– Прекратите! Его формулы грубы и неизящны!

– При всём уважении, господин Кюре, они работают! В отличие от ваших!

– Воля слепого случая!
– взмахнул рукой кто-то с краю группы лекарей.
– Он не умеет ничего!

– И, тем не менее, он справился, - злобный и холодный голос лорда Броунсворта заставил Синга удивлённо хмыкнуть. Он? Заступается?

– Справился?! Милорд, мне кажется, или вы встали на сторону сопляка?

– Сопляк, пока мы изящно завтракали и обсуждали теорию господина Шарле , провёл три операции поутру, - всё тот же холодный голос. Синг от удовольствия даже цокнул языком и вытянул шею, пытаясь разглядеть лорда. Но видел лишь спины других лекарей.
– Сопляк, пока мы спорим, упрямо работает над лекарством. Сопляк, пока вы говорите, что он неизящен и молод, учится, и делает это быстрее, чем мы в своё время. Сопляк работает с больными без защиты и страха,

когда все мы боимся без маски зайти в лазарет. Так, господа, скажите - кто тут сопляк?

Повисла нехорошая тишина. В которой стук сердца Синга радостно и торжествующе разрывал грудную клетку.

– Вы что, только что признали, что сопляк лучше нас?! Милорд, мы с вами учились на одном курсе в Академии! Мы вместе служили пять лет при Пятом Пехотном! И вы хотите сказать, что этот вот сопляк без практики лучше нас?!
– в голосе вопрошающего сквозило отчаянье и, загодя, презрение.
– Неужели вы считаете, что этот выскочка достоин быть выше нас?!

Синг вздохнул. Ладно. Повеселился - и хватит. Надо работать.

– Да, действительно, лорд, - громко произнёс он, отникая от стены.

Все лекари слитно развернулись к нему, шурша одеждами.

– Неужели вы считаете, что я лучше вас? Что достоин командовать вами, а?
– Синг пристально изучал лица лекарей. Кто-то от смущения потупил взгляд, кто-то презрительно смотрит на него. А кто-то... Улыбается. Приветственно и поддерживающе.

– Да, считаю, - холодно проговорил Броунсворт, холодно глядя на Синга.
– А теперь, пожалуйста, давайте приступим к вскрытию. Пока вы не лопнули от самодовольства.

– Ну, лорд, вы же не лопаетесь, - произнёс бородатый лекарь, вызвав смешки.

– Полагаю, с шутками на сегодня закончено?
– спросил Синг, подходя к столу с... Учебным пособием, да.
– Кто сегодня проведёт для нас вскрытие?

– Позвольте, - из группки лекарей вышел изящно одетый мужчина с шрамом через всё лицо. Судя по голосу - тот самый, который спорил с Броунсвортом.
– Вы не против?

– Нет, ничуть, - Синг пожал плечами и сделал шаг в сторону, освобождая место перед столом.
– Приступайте, господин Ландстар.

Лицо мертвеца выглядело умиротворённо. Разумеется, зло подумал Синг. После трёх часов адской боли любому смерть покажется избавлением.

Ещё один человек, которого он не смог спасти.

– И, опять же, - Ландстар действовал со сноровкой полевого хирурга - быстро, уверенно и чётко. Синг смущённо взглянул на свои руки - будут ли они когда-нибудь такими же ловкими?
– Обратите внимание сюда, господа, - все с шорохом подались вперёд, плотно обступая стол.
– Заражённые области выглядят совсем иначе, чем у прошлых больных.

– Вероятно, этот получал не стандартную микстуру мастера Дегнаре?
– предположил кто-то с ехидцей.

– Нет, - отсёк Синг, бросая злобный взгляд на говорившего.
– Этот человек получал стандартную версию.

– Тогда, может, вы ошиблись с вторичными процедурами?- говоривший худощавый мужчина задумчиво подкрутил длинный ус.
– Питание, процедуры? Вы могли ошибиться, мастер Дегнаре?

– Нет, потому что я сам выписывал лекарства умершему и сам наблюдал его, - пробасил лекарь с причудливыми усами и бородкой, гневно дыша.
– И этот субъект шёл у меня довольно хорошо - до вчерашнего вечера, когда резко началось ухудшение.