Институт
Шрифт:
Три часа дня.
Поисковая группа, прочесывавшая лес, то и дело докладывала обстановку, однако новостей не было. О побеге сообщили всем сотрудникам Института, и задействованы в поисках тоже были все. Кто-то вышел в лес, остальные осматривали пустые дома в городке – в поисках Эллиса или каких-нибудь следов его пребывания. Пересчитали личные автомобили: все на месте. Гольф-кары, на которых персонал иногда перемещался по территории Института, – тоже. Агенты из Деннисон-Ривер-Бенда – включая двух сотрудников местной полиции – получили ориентировку на Эллиса, но в поселке
Зато поступили новости насчет Алворсон.
Ионидис проявил инициативу и коварство, на которые ни Джерри Саймондс, ни Энди Феллоуз – компьютерщики – не были способны. Воспользовавшись сперва гугловским сервисом «Планета Земля», а затем приложением для поиска по базам телефонных номеров, Зик сумел выйти на связь с соседкой Алворсон из крошечного вермонтского городка, где проживала экономка. Он представился женщине налоговым инспектором, и та моментально ему поверила. Не продемонстрировав ни намека на присущую янки скрытность и немногословность, она поведала «инспектору», что Морин просила ее выступить свидетелем при подписании нескольких документов. На той встрече присутствовала и адвокат. Документы были адресованы коллекторским агентствам – адвокат пояснила, что это запреты на осуществление противоправной деятельности.
– Это все имело какое-то отношение к кредитным карточкам ее мужа, – сообщила соседка Зику. – Мо ничего мне не рассказывала, но я сама поняла. Не вчера родилась! Она хочет разобраться с долгами этого паразита. И если налоговая имеет что-то против, советую вам поторопиться с судом, а то вид у нее был очень больной.
Миссис Сигсби подумала, что соседка зрила в корень. Но зачем Алворсон захотела решить финансовый вопрос таким странным образом? К чему этот мартышкин труд? Все сотрудники Института прекрасно знали, что в случае финансовых трудностей (обычно такие трудности были связаны с азартными играми) могут получить ссуду на очень выгодных условиях, практически без процентов. Каждому сотруднику при приеме на работу рассказывали об этой привилегии. Конечно, на самом деле то была не привилегия, а способ сохранить деятельность Института в тайне. Должникам иногда приходит в голову приторговывать секретами фирмы.
Проще всего было объяснить поведение Алворсон обыкновенной гордыней (в сочетании с чувством стыда: муж развел ее как дурочку). Впрочем, миссис Сигсби это казалось маловероятным. Экономка знала, что скоро умрет, – и узнала наверняка не вчера. Перед смертью она захотела очистить совесть. Нельзя же брать для таких целей деньги у организации, которая эту совесть замарала! Да, так уже больше похоже на правду. И предсмертная записка про ад сразу обретает смысл.
Тварь помогла ему сбежать, подумала миссис Сигсби. Искупила таким образом свои грехи. Допросить ее теперь нельзя, она об этом позаботилась. Разумеется, позаботилась – она же в курсе, какие методы мы используем при ведении допросов. И что теперь делать? Что делать, если мы не сумеем вернуть этого умника до наступления темноты?
Миссис Сигсби знала ответ, и Тревор, конечно, тоже знал. Придется достать из запертого ящика Нулевой телефон и нажать все три кнопки. Трубку возьмет шепелявый. И что этот человек скажет, когда она сообщит ему, что впервые за историю Института подопечный совершил побег – среди ночи, выкопав яму под забором?! Гошподи, какой ужаш? Очень шаль? Ни о чем не волнуйтешь?
Черта с два!
Думай,
– Черт. Черт!
Ответ был прямо у них перед носом с той самой секунды, когда обнаружилась дыра под забором. Миссис Сигсби села прямо, как штык, широко распахнула глаза и наконец забыла на минуту о Нулевом телефоне – впервые с тех пор, как Стэкхаус доложил ей об исчезновении кровавых следов в пятидесяти ярдах от забора.
Она включила компьютер и нашла нужный файл. Кликнула по нему и нажала кнопку «воспроизведение». На экране появилось видео: Алворсон, Эллис и Диксон беседуют возле торговых автоматов.
Здесь можно поговорить. Микрофон есть, но он давно сломан.
Говорил в основном Люк Эллис. Он выразил тревогу за судьбу девочек-близняшек и Кросса. Алворсон его успокоила. Диксон просто стоял рядом, почесывался и теребил нос.
Господи, если тебе так надо поковыряться в носу – поковыряйся уже! – не выдержал тогда Стэкхаус. Теперь миссис Сигсби смотрела на происходящее новым взглядом. И все поняла.
Захлопнув крышку ноутбука, она нажала кнопку на аппарате внутренней связи.
– Розалинда, приведи мне Диксона. Пусть это сделают Тони и Вайнона. Немедленно!
Авери Диксон в футболке с Бэтменом и грязных шортах, из-под которых торчали ободранные коленки, стоял перед письменным столом миссис Сигсби и испуганно смотрел на нее. Он и без того не вышел ростом, а рядом с Тони и Вайноной казался совсем малышом – чуть ли не дошкольником.
Миссис Сигсби натянуто улыбнулась.
– Мне следовало побеседовать с вами гораздо раньше, мистер Диксон. Видно, теряю бдительность.
– Да, мэм, – прошептал Авери.
– Да? По-твоему, я теряю бдительность?
– Нет, мэм! – Авери нервно облизнулся. А вот к носу не притронулся, надо же.
Миссис Сигсби сцепила ладони и подалась вперед.
– Даже если я действительно на время потеряла бдительность, этого больше не повторится. Мы примем меры. Но сперва у нас есть одно дело… первостепенной важности!.. Нам надо вернуть Люка домой.
– Да, мэм.
Она кивнула.
– Тут мы с тобой согласны, это радует. Хорошее начало. Куда же он отправился?
– Не знаю, мэм.
– А по-моему, знаешь. Вы со Стивеном Уипплом пытались засыпать дыру под забором, через которую он выбрался наружу. Какая глупость. Лучше бы вы ее не трогали.
– Мы подумали, что яму прорыл сурок, мэм.
– Врешь. Ты прекрасно знал, кто ее прорыл – твой друг Люк Эллис. Итак. – Миссис Сигсби широко расставила руки и улыбнулась. – Он умный мальчик, а умные мальчики не уходят в лес без подготовки. Вероятно, он сам додумался сделать подкоп, но ему нужно было знать, что находится за забором. И Алворсон дала подробные инструкции, куда и как бежать. Ты дергал себя за нос, а она говорила. Посылала информацию прямо в твою талантливую головку, верно? А ты потом передал все Эллису. Не отнекивайтесь, мистер Диксон, я видела запись вашего разговора. Вы задумали – уж простите старухе глупый каламбур – оставить нас с носом. Как же я сразу не поняла!